Наследие Древних
Шрифт:
— Да уж, — голос Гора слегка дрогнул. — И как только такие под солнцем ходят?
Лизарду надоело слушать бестолковую болтовню, и он решил поторопить капитана:
— Месир, так что там насчет деревни охотничьей?
— Да, да… — капитан похлопал себя по карманам, — связь у нас с ними пропала. Наш интендант волнуется очень, деревня ведь у границ Туманного Леса! А у нас запасов почти нет. Сходите-ка, выясните, что там к чему, а по возвращению мы и о деньгах потолкуем. Я вам печать имперскую дам, для удостоверения личности…
Капитан протянул Гору широкий перстень с выгравированной лилией и пожелал удачи. Когда толстая дверь с грохотом захлопнулась, Равен спросил у спутников:
— Не обманут ли? А то метнемся в деревню, вернёмся обратно, а нам вместо денег алебардой промеж глаз…
— Нет, — отрицательно покачал головой Дориан. — Империя своё слово держит. Меня больше волнует Лес Туманный. Дерьмовое скажу я вам местечко!
— Отчего так? — Гор, воровато осмотревшись, стянул со столба фонарь.
— Тать ночная! — хмыкнул Лизард.
— В этом лесу, — продолжил свой рассказ Дориан, — лет сорок назад демонопоклонники обосновались. Тогда здесь империей даже не пахло — эти места тогда заселяли какие-то дикарские племена. Вот эти фанатики могли чувствовать себя в безопасности. Конечно, слухи ползут быстро и, вскоре весь Шилд об этом знал. Но всем было наплевать на этих прокаженных, и смотрели на них как комара сидящего на стене. И прибить бы надо, да вставать лень.
— Мне никогда не лень! — Гор закутал фонарь в полотно и спрятал сверток в мешок. — Я бы этих мерзавцев в порошок…
— Жаль, что тебя тогда на свете не было, может, все бы на том и стало. А так эти самые демонопоклонники вначале принялись воровать животных, а потом и за детей взялись. Сколько душ они загубили — неизвестно. Но разобрались дикари с ними жестоко! Согнали дубинами в чащу и заставили яму себе копать. Руками. А потом и зарыли живьем… дураки.
— Можешь дальше не продолжать, — Лизард махнул рукой, — мне и так уже все понятно. Эта земля осквернена на веки…
ГЛАВА 12
Местность вокруг Туманного Леса при всем огромном желании трудно было назвать заселенной. Охотничья деревушка, да форт возле реки. Старые поселения малоразвитых дикарей давно были разрушены, а потомки местных жителей теперь ревностно бились под имперскими стягами.
Пальцы Империи только коснулись этих земель и о каких-либо благах цивилизации, можно было только мечтать. Дориан даже предложил заключить пари — через сколько месяцев каменная змея дороги приползет в эти края. Но желающих спорить не нашлось — настроение у всех было преотвратное.
Оказавшись под сенью деревьев, Лизард присвистнул:
— Ну и местечко, — солнце слабо пробивалось сквозь густую листву. Царил неприятный полумрак. — Я бы тут с семьей жить не стал…
— Люди везде живут, — философски ответил Равен и снял укороченный меч с пояса.
В ответ на вопросительный взгляд приятелей он пояснил:
— Есть у меня такое чувство, что мы опять куда-нибудь вляпаемся. Это, наверное, у нас такая особенность природная — неприятности на свою голову находить…
Когда они, минув засеку и лесную полосу, уставленную силками и капканами, вышли к деревне слова Равена всплыли в голове у каждого из путников.
Охотничье поселение было небольшим — всего дворов десять. Один большой амбар, десяток сараев, загон для овец и… тело какого-то человека, распятое на столбе у 'лобного места'. Мертвую тишину нарушал лишь скрип несмазанных петель оконного ставня.
Дориан посмотрел в сторону Равена:
— Может, нашему лорду в пророки податься?
— Нет уж, — Лизард подошел к столбу и осмотрел труп. — Их сейчас и так, как грязи. Пусть уж лучше мечом размахивает.
Распятым оказался какой-то старик в куртке из невыделанной кожи и рваных штанах из грубой мешковины. Он был отвратительно грязен и лохмат. В нечесаных патлах застряли желтые листья и обломки маленьких веточек.
Низ столба был изрядно обуглен. Складывалось впечатление, что старика пытались сжечь.
— Мать… — процедил сквозь зубы Гор.
Сняв саблю с перевязи, он попятился к ближайшему амбару. Прижавшись, спина к спине его примеру последовали и остальные.
Когда широкий дубовый запор был вбит в петли, Дориан спросил у Гора:
— Чем тебя так мертвый старик испугал?
Из-за того, что в амбаре не было окон, внутри царил плотный сумрак. Лизард выудил 'позаимствованный' в Суровом светильник.
— Его убийцы вряд ли ушли далеко, — Гор уселся на кучу шкур. — А, судя по не разграбленному амбару — их скорее всего спугнули.
— Мы?
— Думаю, что да. Если это были разбойники, то они наверняка сразу же выставили дозорных. А теперь вспомни, как мы по лесу шли.
— Что же, — Равен снял тяжёлый меч и повел плечами. — Будем ждать…
В амбаре оказался изрядный запас копченой дичи и соленых грибов. Учитывая финансовое положение путников и их пустые животы — это было весьма кстати.
Решив, что в светлое время суток им опасаться нечего, уставшие воины завалились спать.
Стены у амбара были толстыми, дверь надежно закрыта, а единственное небольшое слуховое оконце под крышей было заколочено ещё старыми хозяевами…
Разбудила Равена какая-то возня. Сбросив с себя медвежью шкуру, он сел и прислушался.
Что-то топталось на улице. Скреблось в дверь и царапало стены. Равен ухватился за Древний меч.
Рядом кто-то зашевелился — это проснулся чуткий Лизард. Он вопросительно посмотрел на сидящего Равена. Тот кивнул на дверь и сжал пальцы на манер когтей.