Чтение онлайн

— Жаль. — Буркнула, облизывая распухшие губы. — Лучше бы я тебя по-прежнему раздражала.

— Почему?

Который раз за минувший день мне задан непростой вопрос?

Я едва успеваю остановить мысль. Довольно, эльф! Сколько можно об одном и том же?

— Я все равно услышал. — Признается Эллорн, и садиться на пол рядом, притягивает меня к себе, обнимая за плечи. — Ладно, давай поговорим серьезно. Один раз. Ты все еще желаешь уйти?

Вот теперь я не знаю, что ответить, чтобы не солгать.

«Это ответ, Элирен. Ты ответила и мне, и себе: ты не знаешь. Не знаешь, что будет лучше для меня. Ведь именно обо мне ты и думаешь, делая глупость. Исключительно обо мне». От смущения я рассердилась. Очень хотелось возразить ему, а возразить-то было нечего!

«Наверное так, Эллорн. Тебе виднее. Нет, я без ехидства, я серьезно. Ты так часто оказываешься прав, что я, видимо, неосознанно оглядываюсь на тебя. Все потому, что беру за образец твою неизмеримую мудрость».

«Прекрати насмехаться, или я вновь стану жестоким!»

Я замерла невольно. Эллорн крепче обхватил мои плечи.

«Это была неудачная шутка, прости. Не надо меня бояться, мотылек, я опасен лишь в гневе. Но так сильно, как сегодня, тебе меня рассердить больше не удастся. Не надейся».

— Еще посмотрим!..

— Элирен, ты - чудо. Я тебе уже говорил, что ты прелесть?

— Ты мне много чего наобещал, всего и не запомнить…

— Женщина, ты ведь сама хотела серьезного разговора!

— Все-все, уже молчу!

Отсмеявшись, мы долго молчали, наблюдая за огнем. Подкравшаяся ночь напрасно заглядывала в оконце и грозила пальцем — мне было совсем не страшно. Так редко случалось, чтобы тиски предчувствий не сдавливали душу, отравляя помаленьку и самую светлую радость.

— Послушай меня, любимая, — Вдруг сказал Эллорн. Я затаила дыхание, ожидая продолжения. — Я слышу каждую твою мысль. Я знаю каждое твое желание, все твои сомнения. Ты так много думаешь о моем благополучии, что совсем забываешь о себе. А ведь именно ты и составляешь счастье моей жизни. Поверь, я не лгу. Я видел слишком много зим чтобы бояться смерти, но мысль об опасности, что может грозить тебе пока ты со мной, приводит меня в ужас. Ты считаешь, что несешь опасность в себе, но я уверен - она во мне. Думается, если бы я, не мешкая, приказал: уходим! - все эйльфлёр уже бы покинули этот мир. Мы бы ушли, и воля Высших исполнилась полностью. А я… Я не только своих здесь оставил, но и тебя не отпустил. Конечно, из гордости ты никогда не признаешься, но я не глуп, Элирен. Я точно знаю, что вернулась ты сюда исключительно из-за меня. Из-за моей эгоистичной несдержанности. Не скажу, что жалею о ней, это будет неправдой. Я только боюсь, что ответственность ляжет на тебя, на твои хрупкие плечи… Всё на свете бы отдал, лишь бы оградить тебя от беды! А ведь всего год назад я полагал, что совсем разучился сочувствию. Состраданию. Вы, смертные… Какой толк сочувствовать вам, если вы все равно уходите рано или поздно? Какой смысл быть жертвенными в мире, где нет ничего вечного? К чему проявлять милосердие, если оно ничего существенно не меняет — все умирают. Какая разница: сейчас или через несколько лет?

Он и спрашивал, и не спрашивал. Я растерялась, не зная, надо ли мне вклиниваться в откровенный монолог.

— Вот-вот, именно так. — Согласился эльф, целуя мои волосы. — «Непривычно откровенный» - да? А к чему тебе моя откровенность, человек? К чему тебе узнать, что и безупречный во всех отношениях принц Эллорн испытывает обычнейшие сомнения? Что с некоторых пор его преследует страх? Что и меня не оставляет вопрос: как поступить, что бы было лучше? Уйти, оставив тебя доживать в тоске и одиночестве, или, оставшись, навлечь на тебя беду, но при том иметь возможность встать рядом если понадобится? Кто из нас сможет пережить гибель другого: ты? Я? Кому проще уйти, кому остаться?

— О, нет! Эллорн, ты снова все путаешь! Нас нельзя сравнивать, именно в силу нашей неравности…

Он явно хотел возразить, но промолчал, лишь хмыкнул. Я тоже замолкла, осознав, что все же встряла куда не просили.

— Мы не будем спорить с судьбой, Элирен. — Предложил Эллорн. — Мы не станем искать ответы на вопросы, на которые, возможно, ответов просто нет. Я любил многих до тебя, женщина. Каждый раз мне было больно прощаться. Но я всегда осознавал неизбежность прощания, и ни разу еще оно не страшило меня настолько. Попрощавшись с тобой однажды, там, в пещере, я больше не согласен тебя терять. Потому что теперь точно знаю, что значит выражение «без тебя мне не жить». Вот если бы сейчас нам вновь выпало идти к Красным Скалам, ни долг, ни забота о своем народе, ни другие благие оправдания не заставили бы меня отпустить тебя еще раз за Край!.. Давай же не загадывать слишком далеко!.. Давай просто будем вместе столько, сколько нам отмерено. Позволь…

Он запнулся на полу- слове, развернул меня лицом к себе, заглянул в глаза.

— Позволь мне быть рядом, мотылек. — Попросил с видимым усилием.

Я вновь испугалась, сама не знаю чего. Кивнула поспешно, соглашаясь: «всё, что пожелаешь!»

— Я тоже чувствую, что вскоре нечто произойдет. — Очень тихо признался эльф. Я уткнулась ему в плечо, пряча навернувшиеся слезы. — Наверное, очень скоро. Но клянусь - теперь я всегда буду рядом.

Геллен вернулся вечером третьего дня, притащил едва не целую тушу оленя, штук десять зайцев, несколько жирных птичьих тушек. Я как раз возилась во дворе, убирая из выкаченной откуда-то Эллорном бочки остатки старых березовых веников.

Эллорн сразу принес из дома котелки с теплой водой, мы расставили в круг посреди двора три чурбачка, кинули на снег несколько хорошо заглаженных досок, свалили на них мясо, и сели за работу. Осмотрев припас, мы с энтузиазмом бросились на очистительно-засолительно-нарезательные работы, потрошили тушки зайцев и птиц, закладывали в бочку, пересыпая солью и приправами. Быстро стемнело, но откладывать продолжение работ до утра было опасно: стояли еще достаточно теплые ночи, мясо могло испортиться. Эллорн, оценивающе глянув на кучу неразделанных кусков, щелкнул пальцами над головой. Над нами повисло голубоватое сверкающее облако. В его неверном свете резче обозначились тени. Геллен, скользнув взглядом по моей физиономии, распахнул глаза в изумлении. Он просто замер, откровенно разглядывая то, что мне очень хотелось скрыть, и повергая меня своим вниманием в сильнейшее смущение.

— Мы сами закончим здесь. — Вдруг сказал Эллорн. — Иди в дом Геллен, там тепло и ужин на столе.

«Только не возражай!.. — мысленно обратилась я к младшему эльфу. — Только прошу, не спорь. Просто уйди».

Геллен не спеша отложил нож, поднялся с чурбачка, потягиваясь. Эллорн так же неторопливо встал с другой стороны. Они стояли надо мной, а я в оцепенении никак не могла решиться, что бы поднять глаза. Что-то происходило там, над моей головой, где встретились их взгляды. Если эльфы и общались в ментале, то делали это крайне осторожно. Я ничего не услышала.

— Я вам помогу. — Глухо возразил Геллен, и снова сел рядом.

Принц так же принялся за работу, время от времени поглядывая на нас. Я ежилась от его внимательных взглядов. Хоть и не была ни в чем виноватой, но испытывала некоторое беспокойство. За Геллена. Мальчишка иногда бывал не в меру дерзок.

«Да-да, уж кто бы говорил! Твоя рассудительность на виду!» — вдруг огрызнулся сам Геллен. И спрятал взгляд. Я вспыхнула, Эллорн нахмурился.

— Бывают обстоятельства, — Сказал принц тоном, исключающим любые попытки перебить его сейчас или возразить после. — Случаются иногда обстоятельства, когда надо принять всё, как оно есть. Особенно если лично тебя данное «»всё«» совершенно не касается.