Чтение онлайн

Обращаясь к Адаму, он резко спросил: «Неужели ты ожидаешь, что я поверю, будто твой капитан стал бы стрелять в своих людей?»

Адам сохранил каменное лицо. «Ты не знаешь моего капитана».

Мичман Данвуди крикнул: «Абордажная команда на позиции, сэр!»

Адам почувствовал, как по спине у него выступил пот. Всё это длилось слишком долго.

Он резко спросил: «Куда ехать?»

Капитан равнодушно ответил: «Остров Родригес, генеральные грузы. Можете взглянуть на мои коносаменты, если вам это интересно! Это нейтральное судно. Я устрою так, чтобы вас за это разбили, и вашего проклятого капитана тоже!»

Адам сказал: «Вполне». Он посмотрел на сержанта Королевской морской пехоты. «Принимай командование на палубе, Дьякон. Любая проблема — и ты получишь приказ». Он повернулся к своему рулевому. «Возьми четырёх человек». Старр сам отобрал их из команды первого корабля «Анемона».

А если капитан сказал правду? Им придётся освободить гауптвахту.

Тревенен выдвинул бы против него веское обвинение. Даже его дядя оказался бы бессилен.

Эта мысль его разозлила. «Покажи мне карту».

Они с грохотом спустились по короткому трапу в крошечную штурманскую рубку. Он изучил расчёты, скудные и даже поверхностные по сравнению с флотскими стандартами. Старый Партридж упал бы замертво, если бы увидел их.

«Орлёнок» не был работорговцем. На нём даже не было кандалов, которые, согласно закону о рабстве, могли осудить любого капитана, носившего их.

Старр стоял у лестницы и покачал головой.

Снова на палубе Адам задумался. Провизия, мука, масло, даже порох; но последний не был преступлением.

Капитан ухмылялся ему, и некоторые члены команды засвистели. Он крикнул: «Боцман! Передай этой чёртовой лодке, чтобы подошла к борту ради их друзей!»

Данвуди огляделся. Он чувствовал себя обиженным и разгневанным из-за того, что его капитан будет унижен и впоследствии понесёт наказание, о котором он мог только догадываться.

Боцман был крупным мужчиной с густыми черными волосами, заплетенными в старомодную косичку, доходившую ему почти до пояса.

Адам посмотрел на своих людей. Настал момент отступать, когда опасность была вполне реальной.

Он резко обернулся, и Данвуди воскликнул: «Боцман, сэр! У него новая сабля!»

Адам перевел взгляд с него на крепкого матроса с косичкой.

Данвуди почти визжал. «Перед тем, как мы покинули Англию, сэр, я помогал загружать и перевооружать шхуну…» Он замолчал, и на лице Адама отразилось понимание.

Он спросил: «Как долго ты владеешь этим абордажным кинжалом?»

Хозяин рявкнул: «Перестаньте тратить моё время, лейтенант! Разговоры вас теперь не спасут!»

Глаза Адама сверкнули. «И вы, я думаю, тоже, сэр!»

Боцман пожал плечами. «Я был гражданином Америки три года!» Он постучал по абордажной сабле, заткнутой за пояс. «Напоминание о днях, когда я служил под другим флагом, сэр». Он выплевывал каждое слово, не отрывая взгляда от лица Адама.

«Ну, тогда». Пальцы Адама коснулись рукояти меча, и он почувствовал, как за спиной зашевелились морские пехотинцы. «Мой мичман напомнил мне кое-что. Это была шхуна «Дева Ржи». Её только что взяли на флот, и она отплыла к Мысу Доброй Надежды раньше меня. Больше о ней никто не слышал, и, предположительно, она погибла во время шторма». Как он мог сохранять спокойствие, когда каждый нерв кричал ему, требуя уничтожить этого человека?

Хозяин горячо перебил: «Теперь мы — вредители, да?» Но его голос звучал уже не так уверенно.

Адам проигнорировал его. «Я слышал, как мои люди говорили о шхуне, и мой оружейник заметил, что она станет первым кораблем Его Величества, который получит новую саблю». Его рука метнулась вперёд и выхватила обнажённый клинок из-за пояса.

«Кажется, не прошло и трёх лет!» — рявкнул он. «Взять его, сержант!» Изумлённый матрос отступил, сбитый с толку столь быстрой переменой судьбы. Адам добавил: «Я бы не стал сопротивляться. Мой сержант морской пехоты известен своим вспыльчивым нравом!»

Боцман закричал: «Сделайте что-нибудь! Что с вами, чёрт возьми?»

Адам сказал: «Этого человека переведут на мой корабль, и когда мы прибудем в Кейптаун, я уверен, он будет наказан. Он мог получить абордаж только с «Ржаной девы». В лучшем случае — мятеж, в худшем — пиратство — выбирайте сами. Если, как вы утверждаете, вы служили в королевском флоте, вы познаете наказание».

Он повернулся к Дьякону: «Разденьте его!»

Двое морских пехотинцев сорвали с мужчины пальто и рубашку. Его спина была покрыта глубокими, уродливыми шрамами, как у одной из жертв Тревенена, с горечью подумал Адам.

Капитан сказал: «Это нейтральное судно, лейтенант!»

Боцман стоял на коленях, когда Старр вонзил абордажную саблю в палубу так, что она затрепетала, словно живое существо.

«Ты мерзавец! Интересно, что ты сделал с бедным Джеком?»

Боцман умолял: «Это не моя вина, сэр!» Даже его колониальный акцент, казалось, исчез. «Вы должны мне поверить!»

Адам посмотрел на него. Это было нечто незначительное, и если бы не Данвуди, он бы совершенно не заметил этого.

Он удивился, насколько невозмутимо прозвучал его голос. «Капитан Тобиас, ваше судно задержано для дальнейшего расследования. Если в вашей команде есть дезертиры, они будут возвращены на флот и призваны на службу. За укрывательство этого пресмыкающегося вам также может быть предъявлено обвинение в сокрытии тяжкого преступления в открытом море».

Слова угрюмого капитана он запомнил надолго. Он оглядел палубу брига и тихо произнёс: «Этот корабль — всё, что у меня есть».

Что бы подумал Адам, если бы у него забрали «Анемон» после суда над ним? Эта мысль прогнала всё сочувствие, и он сказал: «Подайте сигнал кораблю, мистер Данвуди. Мне нужна призовая команда. Мистер Льюис может передать весть вице-адмиралу». Он посмотрел на капитана. «А что потом? Посмотрим». Он наблюдал, как другая лодка выходит из тени «Анемона». Это дало ему время обдумать всё, как учил его дядя.