Выбор
Шрифт:
– Что еще за дела, - сплюнул король.
– Какого демона здесь вообще творится?! Отправьте людей к замку, пусть поглядят, что там происходит. А всем остальным готовиться бою!
Пятеро всадников - в отряде была лишь дюжина коней - помчались к охваченному суетой замку. Рыцарь Рамтус, возглавивший разведчиков, гнал своего скакуна, охаживая его плетью, и не снимая руки с эфеса меча. Еще издалека всадники увидели метавшихся по лагерю келотских наемников, а затем случилось то, при виде чего воины дружно выругались - створку ворот вдруг сорвало с петель, словно изнутри в нее врезался мощный таран.
– Во имя Судии, - выдохнул вдруг почувствовавший испуг Рамтус.
– Да что же это?
А сопровождавшие его воины, округляя глаза, с затаенным ужасом бормотали:
– Колдовство!
А из пролома один за другим уже выезжали всадники, размахивавшие обнаженными клинками, а вслед им со стен били залпами арбалетчики. Беглецы, сперва двинувшиеся к лесу, вдруг резко развернулись, помчавшись как раз в сторону лагеря, от которого навстречу им бежали спешно похватавшие оружие наемники.
– Кто это еще, - подслеповато щурясь, протянул рыцарь, пытавшийся с доброй полутысячи шагов разглядеть лица беглецов.
– Что там такое произошло?
Всадники меж тем на полном скаку ворвались в лагерь келотцев, буквально вминая в землю попадавшихся на их пути воинов, и рубя мечами всех, до кого могли дотянуться. Они пронзили толпу, как нож - масло, оставляя за собой трупы, и, не сбавляя скорости, направились в сторону тракта. А за ними из развороченных ворот замка выбирались еще конники, во весь опор рванувшие следом. И Рамтус даже в предутренней полумгле узнал возглавившего новый отряд воина.
– Эрвин, - воскликнул рыцарь.
– Будь я проклят, это же самозванец! И с ним всего горстка людей!
– Но нас еще меньше, - возразил усатый рубака-десятник.
– Милорд, неужели вы хотите атаковать их? Они же нас изрубят!
– Нет, - помотал головой Рамтус.- Назад. Возвращаемся в лагерь. Нужно предупредить короля, поднять людей!
– Перед глазами рыцаря мгновенно возникла карта, изображавшая окрестности злополучного замка в мельчайших подробностях, и воин не сомневался, куда двинутся беглецы и не отстававшая от них погоня: - Эрвин направился к тракту, и мы встретим его на берегу реки. Там мы и покончим с мятежниками.
Возвращение разведчиков вызвало в стане королевской армии настоящий переполох. И больше всех неистовствовал сам Эйтор, готовый хоть в одиночку идти в бой с ненавистным врагом.
– Мы перехватим их в лесу, - решительно заявил Алан, лучше многих изучивший окрестности.
– Кто бы ни выбрался из замка, Нои наверняка хотят уйти за реку. Видимо, им известно, где есть удобный брод. Эрвин, конечно, двинется за ними. Видимо, беглецы важны для мятежников, если их предводитель пустился в погоню всего с парой десятков бойцов. И там, в чаще, мы и покончим с ним, завершим эту войну!
– Да-а, - гаркнули воины, вскидывая над головами клинки и топоры.
– В бой! Прикончим ублюдков!
Отряд, почти все, кто мог ходить без посторонней помощи, покинул лагерь спустя считанные мгновения. Лишь горстка раненых, в том числе и Эмер, остались в бивуаке. Появись поблизости враг, обнаружь он лагерь - и калекам, многие из которых не могли даже ходить без помощи товарищей, осталось бы жить считанные мгновения. Они знали это, как знали те, кто отправлялся в бой. И каждый надеялся, что худшее все же не случится.
Воины не шли, они бежали, тяжело дыша и спотыкаясь, шатаясь под весом оружия и доспехов. Верхом передвигался лишь сам король - рана давала о себе знать, и, если по лагерю Эйтор еще как-то ходил без посторонней помощи, то на такое расстояние, тем более, сквозь заросли, где то и дело приходилось буквально прорубать себе дорогу, он не рискнул бы идти на своих двоих. Королевского скакуна вели под уздцы два воина, не расстававшихся с обнаженными клинками, и еще рядом шагал верный Рамтус, тоже сжимавший обеими руками тяжелый меч. Остальные бойцы, кроме нескольких разведчиков, замкнули вокруг короля и его свиты стальное кольцо, ощетинившееся клинками и жалами арбалетных болтов.
Воины переправились через реку, разыскав брод выше по течению, прорвались сквозь самые дебри, лес стал редеть, и меду деревьев мелькнула скрытая пеленой поднимавшегося тумана полоса воды - отряд оказался на берегах Руты.
– Занять позиции, - приказал король, и десятники эхом подхватили его команду.
– Приготовиться! Они скоро будут здесь!
Стрелки, каждого из которых прикрывали мечники, разбрелись по зарослям, подыскивая лучшие позиции. И почти тотчас от реки донесся треск ломаемых веток, и голоса, порой перемежаемые конским ржанием.
– Подпустим ближе, - решил король.
– Расстреляем в упор. И чтобы ни одна тварь не выбралась живой из этого леса!
– Готовься, - прорычал Алан, вскидывая клинок.
– Приготовиться к бою!
Между деревьев мелькнули всадники, рысью двигавшиеся точно в сторону засады. Они о чем-то взволновано разговаривали, казалось, даже не подозревая об опасности. Алан поднял руку, и три десятка стрелков плотнее прижали к плечу ложа арбалетов, взяв приближавшихся врагов на прицел. Еще мгновение - стальной дождь должен был обрушиться на чужаков. И в этот миг один из всадников повернулся, взглянув как будто точно на короля. Он поник, склоняясь к шее своего скакуна, и лицо его было искажено болью, однако правитель Альфиона с первого взгляда узнал того, кто был ему за мать и за отца долгие годы.
– Маркус, - удивленно пробормотал Эйтор. И уже громче повторил: - Демон, ведь это же Маркус!
Король обернулся к Алану, чтобы отдать новый приказ, но кто-то из стрелков, не справившись, должно быть, с волнением, неизменно охватывавшим перед боем даже самых стойких бойцов, - или, может, просто износился спусковой механизм его арбалета - нажал на спуск. С гулом болт пронзил листву, с глухим стуком впившись в точеный ствол осины в считанных дюймах от головы старого лорда.
– Не стрелять, - вскричал Эйтор.
– Никому не стрелять! Это свои!
– И сам первым покинул свое укрытие, направившись навстречу беглецам.