Чтение онлайн

Кошмарное творение скандальной журналистки начиналось так:

Сумев искупить ошибки юности, лучший ученик Артура Уизли совершил героический поступок, достойный истинного наследника Малфоев и Блэков…

Читая этот бред, юноша всерьез задумался, имеет ли право высокородный волшебник вызвать на дуэль мерзкую и подлую особу женского пола

На этом фоне творение полоумной Лавгуд выглядело вполне осмысленным, несмотря на то, что чокнутая когтевранка объясняла чудесное спасение Драко помощью бундящей шицы – давнего тотема семьи Малфоев. Это чудесное предположение вызвало у юноши такой хохот, что сиделка даже испугалась.

Так что письма, адресованные ему, Драко начал читать в прекрасном настроении. Но, наученный горьким опытом и опасаясь новых глупостей, он, прежде чем вскрыть конверт, обязательно смотрел на имя отправителя. Послания от гнусных Уизли, грязнокровки Грейнджер и отвратительного Поттера юноша отложил, не читая. Вопилки от коллег из министерства оказались забавными, хотя до статьи полоумной Лавгуд им было далеко.

Письмо из «Гринготтса» он изучил очень внимательно. Оно состояло из длинного свитка, отражавшего поступление средств на счет «высокородного Д. Малфоя» (тут все оказалось даже лучше, чем можно было предположить), и короткой записки:

Мистер Малфой!

Банк «Гринготтс» и я, его скромный руководитель, вновь предлагают вам приступить к работе, которую мы предлагали прошлым летом. Первая сумма, указанная ниже, — это жалованье, которое в минувшем году мы собирались вам платить за работу непосредственно в банке, вторая – гонорар за попытки найти общий язык с дикими драконами.

Если Вы сейчас согласитесь работать в нашем банке – припишите к предложенному Вам год назад жалованью один ноль справа. Если Вы решите попробовать установить контакт с дикими драконами – припишите к гонорару два нуля. Если Вы рискнете попытаться договориться с оборотнями об открытии в их резервации филиала «Гринготтса» — припишите к гонорару три нуля справа; кроме того, в случае удачного решения этого вопроса Вы станете первым среди людей владельцем акций нашего банка – мы готовы выделить Вам целых пять процентов акций! Поверьте, это очень щедрое предложение! Подробности я сообщу во время переговоров.

С уважением,

Грапдобдаг Гиддебдорд, президент банка «Гринготтс»

Закончив чтение, Драко расхохотался так громко, что напугал сиделку. Юноша сам поразился, как подняло ему настроение послание гоблинов, хотя он, разумеется, не собирался принимать ни одно из их щедрых предложений.

Письмо от Пэнси тоже лежало одним из первых. После всех соответствующих ситуации вежливых фраз она извинялась за назойливость, но все же приводила сведения о стоимости аренды помещений и ценах на сырье – эти данные были необходимы для бизнес–плана по созданию метлостроительной фабрики. Обругав себя за то, что в последнее время не вспоминал об однокурснице и ее мечте, Драко твердо решил в ближайшие дни начать составлять бизнес–план.

На вершине огромной кипы писем лежало и послание мерзкой истерички Элен Леруа. Юноша решил, не читая, отложить его, но руки словно сами разорвали конверт. Оттуда выпала маленькая записка, состоящая из пары стандартных фраз.

Предательница крови желала Драко скорейшего выздоровления и сообщала, что и она, и мать неустанно молятся за него. В постскриптуме омерзительная особа извинялась за обиды, которые ненамеренно нанесла прежде.

Закончив чтение, юноша выругался сквозь зубы: теперь подлая истеричка заискивает перед ним, потому что не хочет ссориться с героем, но делает это чрезвычайно неумело. Какая мерзость!

Но отвратительная маглолюбица, видимо, наложила на свое письмо какое-то заклятие, потому что той же ночью приснилась Драко. Во сне он лежал в своей палате, а одетая в кошмарные магловские тряпки предательница крови стояла перед ним и, нагло улыбаясь, говорила:

— Все считают вас героем, мистер Малфой, но я точно знаю, что вы попросту жалкое ничтожество. Известно ли вам, что я умею фотографировать не только лица, но и души людей? Я сейчас сделаю несколько снимков – и все поймут, как вы жалки!

Юноша поднялся навстречу твари, намереваясь ее убить и закопать под полом своей палаты, — и проснулся. Привстав и осмотревшись, Драко понял, что бежать в ванную уже поздно: организм вновь отреагировал на мерзкую особу самым странным образом. Выругавшись вполголоса, чтобы не разбудить задремавшую сиделку, юноша взял со столика свою волшебную палочку и негромко произнес Очищающее заклятие.

Лишь положив палочку обратно, Драко осознал, что впервые с того времени, как попал в больницу, сидит в кровати. Это было настолько дико и нелепо, что юноша немедленно улегся обратно и всю ночь не шевелился, боясь, что не сможет сесть еще раз.

Но на следующее утро вновь обретенное умение никуда не исчезло. Подумав немного, Драко смог объяснить это странное обстоятельство реакцией организма на чрезвычайно опасную ситуацию. Подлая истеричка ведь сотрудничала с газетами и журналами; она наверняка отправила письмо в больницу только для того, чтобы чуть позже договориться об интервью. А наследник высокородных Малфоев и Блэков никак не мог допустить, чтобы омерзительная предательница увидела его слабым и немощным.

Конечно, юноша вовсе не собирался принимать ее – только этого не хватало! Но гнусная истеричка могла подкупить младших целительниц, которые с удовольствием рассказали бы, насколько беспомощен их пациент. Одна мысль об этом заставляла Драко кипеть от бешенства.

С тех пор он занимался с удвоенной энергией. Когда казалось, что сил больше не осталось, юноша представлял себе фальшивое сочувствие на лице мерзостной маглолюбицы – и продолжал тренировку, не сомневаясь, что надоедливая особа попросит об интервью уже очень скоро. У настолько дурно воспитанной девицы нет ни терпения, ни такта, она не постесняется надоедать больному…

Но, разумеется, Драко не тратил все свободное от тренировок время на размышления о гнусной предательнице – гораздо чаще он изучал хогвартские учебники и готовил пока еще очень приблизительный бизнес–план по созданию метлостроительной фабрики. Завершив эту работу, юноша пригласил Пэнси навестить его.

Войдя в палату, она побледнела и явно испугалась, но как только Драко начал говорить о делах, то почти сразу забыла, в каком состоянии он находится, и увлеклась беседой.

Они успешно обсудили очень важные вопросы, и, уходя, Пэнси вновь предложила однокурснику место финансового директора на своей будущей фабрике. Он улыбнулся, вежливо отказался и пригласил приходить почаще, обещая и дальше консультировать по экономическим проблемам.

С тех пор Пэнси бывала в больнице регулярно. Юноша всегда был рад видеть однокурсницу и с удовольствием с ней разговаривал, но с каждой новой встречей все яснее понимал: он очень хорошо относится к этой девушке, но не хочет ни жениться на ней, ни работать под ее руководством. И со временем Драко стало казаться, что Пэнси теперь испытывает такие же чувства по отношению к нему.