Чтение онлайн

Но рот решил иначе.

— Еще раз прикоснешься к ней хоть пальцем и я тебе их переломаю.

Я видел, как страх наполняет его глаза. Взгляд метнулся от меня к Блэр и обратно, прежде чем остановиться на мне. Я приподнял шляпу и ушел.

Я не оглядывался. И не нужно было. Я чувствовал ее взгляд на себе, ее злость жгла под кожей, пока я возвращался к столу.

Если я не буду осторожен, Блэр Монро доведет до конца то, что начала много лет назад, и от меня не останется ничего.

Я должна была уйти.

В тот самый момент, когда я вошла в бар и почувствовала тяжесть его взгляда, мне следовало бежать обратно в дом бабушки.

Вместо этого я все еще опиралась на стойку и смотрела на очередную пустую стопку из-под текилы.

Кольт Кэллоуэй.

Пульс так и не пришел в норму с той секунды, как наши взгляды встретились, а кожа все еще покалывала там, где он смотрел. За эти несколько минут он словно прочертил меня целиком — обошел защиту и отметил все, что во мне изменилось.

Ему не нужно было говорить ни слова. Его взгляд скользил по мне, и я вдруг слишком остро ощутила и волосы, и шорты, и жар в щеках.

Он это видел? То, как я шаг за шагом отдавала себя по кусочкам, пока едва узнавала женщину в отражении?

Я опрокинула стопку. Жжение оказалось слишком слабым, чтобы заглушить звук его голоса или то, как у меня перевернулся живот, когда он назвал меня Клубничкой.

Я прожила без него почти целую жизнь, а он все равно умел разбирать меня по нитке.

Он влиял на меня сильнее, чем когда-либо Грант. Если бы Грант был здесь, он не сказал бы тому ковбою, что переломает ему руки, если тот еще раз меня тронет.

Зато мне он сказал бы многое.

Он бы не подошел к тебе, если бы ты не оделась как шлюха.

Ты сама хотела, чтобы он к тебе приставал, да? Ты и трахаться с ним хотела?

Его обвинения крутились у меня в голове, как заевшая пластинка, и с каждым кругом от них было все труднее отмахнуться, как от лжи. Он приучил мое сомнение выходить вперед раньше всего остального.

Я подняла руку и жестом попросила бармена принести еще.

Я взглянула в сторону двери и на секунду подумала улизнуть, но тут Мэгги наклонилась ближе, задев меня плечом.

— Ты в порядке?

Желание сказать ей правду накрыло с головой. Я знала Мэгги всего несколько часов, но этот вечер рядом с ней дал понять, насколько одинокой я была. В Роли у меня не было своих друзей. Только друзья Гранта. Некому было позвонить, не к кому обратиться, когда все случилось.

— Я в порядке.

— Точно? — она посмотрела мне за плечо, и я без поворота головы знала, куда именно. — Это было… — она махнула рукой между мной и тем местом, где стоял Кольт. — напряженно.

— Прошлое, — я пожала плечами, когда бармен поставил передо мной новую стопку. — Которое я предпочла бы не ворошить.

— Значит, у тебя была история с Кэллоуэем? — она все еще смотрела мне за спину, и я гадала, на кого именно — на Кольта или Хантера.

— К сожалению.

Я наконец бросила взгляд в их сторону — и все трое смотрели на нас. Кольт, Хантер и Маккой. В детстве они были неразлучны, и когда-то я больше всего на свете хотела быть рядом с ними.

Не имело значения, что Маккой не был Кэллоуэем по крови. Он был одним из них столько, сколько я себя помнила. С тех пор как умерла его мать.

— Ты когда-нибудь задумывалась, как все было бы, если бы ты осталась? — голос Мэгги звучал мягко, но слова резанули.

— В этом баре недостаточно алкоголя для такого разговора.

Я подняла следующую стопку и легко стукнула ею о ее. Меня уже вело, но этого было мало.

Мэгги ухмыльнулась, опрокинула свою и я сделала то же самое. В этот раз я поморщилась, когда жжение ударило по горлу.

Я вытерла рот тыльной стороной ладони, а взгляд Мэгги снова скользнул от меня к ним.

— Ладно, а у тебя что? Что у вас с Хантером?

Она дернулась так, будто вопрос застал ее врасплох.

— Что? Там ничего нет.

— Да брось, — я рассмеялась и повернулась, прижимаясь спиной к стойке. — У вас на крыльце Джун такое напряжение было, что я сама вспотела.

Она фыркнула, но без особой уверенности.

— Мы с Хантером друзья.

— И почему же? — я посмотрела в сторону Хантера, стараясь не смотреть на Кольта. Он крутил пальцами этикетку на бутылке пива, но было очевидно, на чем сосредоточен его взгляд. — Он смотрит на тебя не как на подругу.

— А должен бы. Учитывая, что он бывший моей сестры.

— Черт.

То, как он на нее смотрел, было похоже на желание съесть заживо. Совсем не на взгляд мужчины, который когда-то встречался с ее сестрой.

— Вот именно, — она покачала головой. — Хантер Кэллоуэй — табу. Неважно, что он до безумия горячий, обаятельный и с лучшей задницей во всем штате.

Я хотела спросить еще, но не стала. По справедливости. Я не хотела говорить о своем прошлом, а значит, не имела права копаться в ее. Она крутила кольцо на указательном пальце, снова и снова.

— К черту братьев Кэллоуэев, — я усмехнулась, чувствуя тепло текилы в крови. — Они не стоят того места в голове, которое мы им отдаем.

— Это правда, — рассмеялась она, — но сложно, когда они не перестают на нас пялиться.

Я обернулась, чтобы посмотреть на них, и наши взгляды с Кольтом сцепились. Я думала, он отведет глаза, поняв, что я его поймала, но он не стал. Вместо этого его взгляд медленно прошелся по мне, задержался на горле, где предательски бился пульс, а потом опустился ниже, оставляя за собой горячий след, от которого я забыла, как дышать. В уголке его рта появилась понимающая полуулыбка — такая, будто он прекрасно помнил, как мое тело на него реагирует.