Грешница
Шрифт:
– Ты ведешь себя как маленький избалованный ребенок! У тебя вечно перепады настроения! Творишь, что вздумается, говоришь загадками и делаешь все это с видом заносчивой всезнайки! Достаточно заниматься саморазрушением! Хватит!
Выговорившись, он перевел дыхание. С облегчением заметил, что карманница остановилась. А затем его оглушил возмущенный рык:
– Ты что себе позволяешь, маленький гаденыш?! Ты кого посмел ударить?! А ну стоять!
Мгновение спустя Геберта начали гонять по всей аллее, пытаясь отвесить ему пинок или хотя бы затрещину. Рыжий маг довольно ловко петлял, пока его не сбили с ног подсечкой и не принялись щекотать.
– Сдаюсь! Сдаюсь, помилуйте! – задыхаясь от смеха, со слезами на глазах простонал он.
– Ну уж нет! – кровожадно заявила Сантера. – Ты посмел поднял на меня руку и теперь понесешь заслуженное наказание. Длительная щекотка вызывает спазм дыхательных мышц и последующее за этим удушье. Мучайся!
Неожиданно на них сверху прыгнула Амира. Ведьма больно стукнулась носом о плечо своего ученика, Геберт подавился воздухом от навалившейся на него тяжести в лице двух прекрасных, но отнюдь не воздушных дам, и только юная Ватри была в полном восторге, барахтаясь на самой верхушке человеческой пирамиды и размахивая ногами.
– Не-э-эт, ребятки, я на такое не подписывалась. Это просто детский сад какой-то, – заметила Сантера, царапая ногтями землю.
– По-мо-ги-те, – прозвучало где-то под ней.
– Я про тебя совсем забыла, Геби. Ты жив?
– Ургх…
– Ясно.
Ведьма скинула аристократку и встала на ноги. Сладко потянулась, повела плечами и сказала, глядя куда-то наверх:
– А улицу Фонтанов мы все-таки нашли.
Металлическая табличка с соответствующим названием висела прямо у них над головой.
Под вечер усталые ребята отправились обратно в гильдию. Напоследок Геберт поинтересовался у возбужденной ведьмы:
– Ты уверена, что тебе не потребуется помощь?
– Уверена. Да и какая от тебя помощь, если ты не способен оборвать чью-то жизнь, – огрызнулась она, поглядывая на гигантские часы, украшавшие стену одного из домов.
– Тогда не рискуй без надобности, ладно?
Через час солнце скрылось за безликими высотками, напоследок лизнув зеркальные окна холодным огнем.
– Надеюсь, сегодня – это действительно сегодня, – пробормотала Сантера, останавливаясь у дорожного знака и поглядывая на листовку. Дом под номером тридцать три находился через дорогу, самый крайний слева.
Ничем не примечательный домишко. Серые кирпичи проглядывают через облупившуюся краску, у входа – скамеечки для пожилых людей, с одной стороны дом был огорожен неухоженным садиком с тесно растущими деревцами. Много мусора. В общем, самый среднестатистический дом – в каждом худо-бедно развитом мире такие есть.
Но чем ближе подходило назначенное время, тем меньше у ведьмы оставалось сомнений – и дата и дом верны. В течение получаса, с перерывом в несколько минут, возле здания появлялись и исчезали люди. В чем фокус, Сантера не понимала – они просто растворялись, как предрассветный туман у кромки моря. Проходили мимо нагромождения чахлых кривеньких кленов… и все.
Сначала девушка подумала, что это оптический обман. Рискнула и подошла поближе, на всякий случай касаясь пальцами браслета. Переступила через ржавую ограду, сразу вступив одной ногой в грязь, а другой – в цветы. Натянув кепку до самого носа, шагнула сквозь арку из переплетенных веток и почувствовала легкое покалывание в висках. Вот тут-то ее удивлению не было конца.
Кем бы ни являлись эти противники людей с Даром, они явно не гнушались пользоваться мороками. И эта маленькая деталь не вписывалась в картину происходящего.
В загибающемся садике поработал вполне опытный маг, сумевший не привлечь внимание смотрителей. На арке и возле нее было что-то вроде вуали. Зрачки соскальзывали с этого места, не давая надолго сосредоточиться и вглядеться. Проще говоря, всем любопытствующим просто отводили глаза.
В стене напротив арки, у самой земли, находилась металлическая решетка. Опустившись на колени, карманница заглянула внутрь. Из темноты на нее зыркнули сверкающие белки глаз. «Что ж ты такого ел, родимый, что у тебя глаза, как фонарики, светятся?» – была заинтригована девушка. Поиграв с таинственным человеком в гляделки пару минут и не дождавшись от него ровным счетом ничего, она, озаренная идеей, рявкнула:
– Канделябр!!!
– Не ори, дура, – проворчали из подвала. Затем решетку убрали и Сантеру впустили внутрь.
– Я тебя что-то не припомню. Ты раньше приходила? – спросила у нее темнота с яркими глазами, висящими в воздухе.
– Я новенькая, – весело ответила Сантера, вытягивая руки перед собой и крутя головой.
Затхлое, воняющее кошачьей мочой помещение предстало бы перед ней во всем своем великолепии, если б в темноте можно было хоть что-то разглядеть. А так ей приходилось полагаться на удачу. В скором времени она лбом нашла дверной косяк, и дальнейшее путешествие прошло намного легче.
Сантера двигалась по узкому влажному коридору. Постепенно светлело. Впереди слышался шум, был виден свет одинокой лампочки, висящей на оголенных проводах.
Зеленоглазая ведьма вошла в плохо освещенную прямоугольную комнату с обшарпанными стенами серо-желтого цвета и высоким потолком. Там уже находились около полусотни людей разного возраста и пола, которые тихо перешептывались между собой. В комнате отсутствовали стулья и скамейки, все были вынуждены стоять, только у дальней стены располагалось нечто вроде помоста, прикрытого розовыми шторами в цветочек. Сантера на цыпочках прошла ближе к самодельной сцене и затаилась. На нее косо поглядывали, но не более.
Плана как такового у нее не было. Карманница не собиралась лезть в местные разборки, плести интриги или что-то менять. Да и зачем? Ее просто терзало любопытство: кто посмел так дерзко действовать под носом у местных властей?
Ответом послужил шорох. На сцену вышел сутулый мужчина. Волосы у него были светлые, прилизанные, они липли ко лбу и торчали у висков забавными рожками. Брови же, наоборот, темные и густые, словно оторванные от другого человека и приклеенные к его лицу.